Как белорусские компании b2b используют Интернет для увеличения экспорта

В 2015 белорусские компании сегмента B2B будут активнее работать на площадках e-commerce для поиска новых рынков сбыта и заключения сделок. Такой вывод можно сделать из исследования, которое международный центр интернет-торговли Allbiz подготовил специально для «Про бизнес.»

Как белорусские компании b2b используют Интернет для увеличения экспортаКак белорусские компании b2b используют Интернет для увеличения экспортаКак белорусские компании b2b используют Интернет для увеличения экспортаФото с сайта supplychaindigital.com

На площадке международного центра интернет-торговли Allbiz свои товары и услуги представляют компании из 26 стран. В том числе компании и индивидуальные предприниматели из Беларуси. Большинство представляют сферу B2B. Они используют онлайн-ресурс для поиска и привлечения партнеров.

В 2014 все больше белорусских компаний B2B рассматривали Интернет как канал для привлечения заказчиков из-за рубежа. Одновременно возрос интерес потенциальных клиентов из некоторых зарубежных стран к Беларуси. В 2015, когда бизнес ищет новые возможности и каналы продвижения, эта тенденция может усилиться.

  • Вот данные исследования, которое провели специалисты центра.
  • В прошлом году во всех регионах страны выросло количество белорусских компаний, которые зарегистрировались на е-площадке Allbiz:
  • Динамика регистраций белорусских компаний в 2014 по сравнению с 2013

Как белорусские компании b2b используют Интернет для увеличения экспортаПо данным Allbiz

Ключевым центром е-commerce сегодня остается Минск.

Количество белорусских компаний, которые зарегистрированы на е-площадке, по данным на конец 2014

Как белорусские компании b2b используют Интернет для увеличения экспортаПо данным Allbiz

Большинство запросов от зарубежных заказчиков (под запросами понимаются заказы, сделанные посредством е-площадки, – Прим. «Про бизнес.») в 2014 поступали белорусским компаниям из стран СНГ и Польши.

Топ-5 зарубежных рынков, откуда было направлено максимальное количество запросов во второй половине 2014

Как белорусские компании b2b используют Интернет для увеличения экспортаПо данным Allbiz

Топ-10 товарных категорий, по которым поступило больше всего запросов из-за рубежа во второй половине 2014

Как белорусские компании b2b используют Интернет для увеличения экспортаПо данным Allbiz

Аналитики Allbiz отмечают, что относительно небольшое количество запросов связано с тем, что далеко не все заказы оформляются через Интернет. По данным внутреннего опроса, проведенного в середине 2014, только четверть клиентов использует инструменты e-commerce (оформление через форму на сайте) для совершения сделки.

Интересен также вот этот график, он показывает из каких стран – основных партнеров количество запросов росло, а из каких снижалось в прошлом году.

Как белорусские компании b2b используют Интернет для увеличения экспортаПо данным Allbiz

Кризис в России, нестабильная ситуация в Украине заставят белорусских экспортеров в 2015 искать новые рынки сбыта через Интернет. Бизнес в сегменте B2B, который ранее часто не рассматривал онлайн как канал продаж и продвижения, сегодня начинает преодолевать стереотипы и настороженность по отношению к е-продвижению, считают аналитики Allbiz.

Белорусский экспорт нуждается в революционных переменах

В 2017 году валютная выручка Беларуси впервые выросла после четырех лет падения. Правда, произошло это во многом благодаря улучшению внешней конъюнктуры, а не за счет повышения конкурентоспособности национальной экономики. Нацбанк сигнализирует, что ахиллесова пята белорусского экспорта — товары с низкой добавленной стоимостью.

Как белорусские компании b2b используют Интернет для увеличения экспорта Reuters

Причины для беспокойства

Валютные поступления Беларуси за 2017 год составили 36,2 млрд долларов и увеличились на 22,3% по сравнению с позапрошлым годом. Основная причина роста валютной выручки — увеличение экспорта белорусских товаров и услуг.

  • За прошлый год, по данным Нацбанка, валютные поступления от экспорта белорусских товаров и услуг составили 35,4 млрд долларов и увеличились на 22,9% по сравнению с позапрошлым годом.
  • Безусловно, увеличение валютной выручки — факт положительный, однако этот рост во многом стал возможен благодаря улучшению внешней конъюнктуры, говорят эксперты.
  • «Основные причины роста валютной выручки в Беларуси в прошлом году — рост цены на нефть, а также восстановление российской экономики, что способствовало увеличению экспорта белорусской продукции в Россию», — отметила в беседе с корреспондентом БелаПАН научный директор Исследовательского центра ИПМ Ирина Точицкая.

Официальные оценки подтверждают этот вывод. Министр иностранных дел Владимир Макей констатировал в январе во время доклада перед президентом, что прошлогодний скачок белорусского экспорта обусловлен на две трети за счет увеличения средних цен на экспортируемые товары и на треть — за счет роста физических объемов продукции, поставляемой на внешние рынки.

Правда, структура этого роста оставляет желать лучшего, считают экономические власти.

По информации БелаПАН, Нацбанк придерживается мнения, что в последние годы в структуре белорусского экспорта наблюдается сдвиг в сторону относительно низкомаржинальных товаров. Данные последних лет, отмечают в Нацбанке, свидетельствуют о доминировании сырьевых товаров (в частности, топлива, молока, мяса), то есть товаров, имеющих сравнительно невысокую добавленную стоимость.

Это наводит на мысль о необходимости изменения структуры экспортной корзины в пользу более маржинальных позиций. А где же они, точки роста, которые могут изменить в лучшую сторону лицо белорусского экспорта и экономики в целом?

На прошлой неделе администрация Парка высоких технологий заявила, что экспорт резидентов парка в 2017-м превысил 1 млрд долларов и увеличился в валютном выражении на четверть по сравнению с позапрошлым годом.

Действительно, экспорт белорусских услуг, и в том числе компьютерных, за прошлый год прибавил. Так, Беларуси как транзитной стране удалось в прошлом году увеличить экспорт транспортных услуг на 17,9% — до почти 3,5 млрд долларов, экспорт компьютерных услуг — на 25,5%, до 1,2 млрд долларов.

Всего экспорт услуг, по данным Нацбанка, в 2017 году составил 7,8 млрд долларов и увеличился на 13,9% по сравнению с позапрошлым годом.

Благодаря положительному сальдо внешней торговли услугами (2,99 млрд долларов) удалось компенсировать отрицательное сальдо внешней торговли товарами (2,92 млрд долларов) и в результате свести торговый баланс с небольшим плюсом (63,2 млн долларов) по итогам прошлого года.

Айтишники не спасут белорусскую экономику

Эксперты считают, что рост экспорта услуг — положительный фактор, однако обольщаться не стоит.

«Экспорт белорусских услуг намного ниже, чем товарный экспорт. Беларусь экспортирует в основном транспортные и компьютерные услуги. Поэтому возможности для существенного увеличения экспортной выручки за счет услуг у нас ограничены», — полагает заместитель председателя Белорусской научно-промышленной ассоциации Георгий Гриц.

Прошлогодний рост (на 25%) экспорта компьютерных услуг экономисты оценивают достаточно спокойно.

«Увеличение экспорта компьютерных услуг — положительное явление. Однако следует понимать, что IT-сектор не вытянет всю белорусскую экономику.

Даже для маленькой белорусской экономики объем экспорта IT-услуг (1,2 млрд долларов) является незначительной суммой», — отметил в комментарии для БелаПАН председатель наблюдательного совета Исследовательского центра ИПМ Игорь Пелипась.

  1. Белорусские экономисты считают, что пристальное внимание следует уделять не только развитию сектора услуг, но и решению проблем в традиционных сегментах экономики.
  2. «Прошлогодний рост экспорта услуг — это, конечно, хорошо, но они не решат проблем белорусской экономики, которые находятся в традиционном реальном секторе экономики», — подчеркнула Ирина Точицкая.
  3. Тот факт, считают эксперты, что экспорт товаров основан во многом на продукции с невысокой добавленной стоимостью, указывает на необходимость структурных изменений.

«Необходимо менять структуру белорусского экспорта. Это стратегическая задача. Из этого следует, что нужно создавать благоприятные условия для частных инвестиций в промышленный сектор экономики. Для этого, в частности, нужно передавать (продавать) частникам производственные помещения, которые они арендуют у государства», — полагает Георгий Гриц.

Кроме этого, считает он, нужно менять фискальные подходы к частному бизнесу.

«Доступ к упрощенной системе налогообложения должен быть максимально расширен. Репрессивную нагрузку на бизнес, связанную с деятельностью контролирующих органов, также нужно снижать. Без инвестиций, без прихода эффективного собственника улучшить структуру национальной экономики и экспорта нам не удастся», — убежден Георгий Гриц.

Сигналом, который бы свидетельствовал о приходе эффективных собственников в белорусскую экономику, мог бы стать рост прямых иностранных инвестиций. Однако в 2017-м их приток в Беларусь четвертый год подряд снижался. Поэтому рассчитывать, что потенциал белорусской экономики в обозримом будущем заметно вырастет, довольно сложно.

B2B-торговля ускоряет цифровую трансформацию под влиянием пандемии и миллениалов. Обзор: ИТ в ритейле 2020

В течение последних нескольких лет онлайн-продажи быстро растут и в России, и в мире. Однако в нашей стране под электронной коммерцией понимается, как правило, B2C-торговля (в последнее время иногда еще и C2C — продажа гражданами напрямую друг другу через электронные сервисы).

Эти сегменты электронного рынка быстро растут. По оценке агентства Data Insight, в 2019 г. объем российского рынка B2C составил ₽1,6 трлн (среднегодовой рост — 25%), C2C — ₽0,568 трлн (39%).

Однако, есть гораздо менее заметная, но все более существенная часть рынка онлайн-торговли — B2B. Оценки мирового рынка электронной B2B-коммерции довольно различны. Так, по прогнозам аналитиков Statista, с 2013 г. по 2019 г. он вырос с $5,8 млрд до $12,2 трлн (в среднем увеличиваясь на 13% в год), в Frost & Sullivan полагают, что он в 2020 г.

достигнет лишь $6,6 трлн. Тем не менее, все аналитики сходятся, что он в 2-6 раз превосходит онлайновый рынок B2C (оценки электронного ритейла также очень различны). Многие главные игроки рынка онлайнового сегмента B2B те же, что и на рынке онлайнового сегмента B2C, например — Amazon, Alibaba, Walmart.

На страны Азиатско-тихоокеанского региона приходится 80% электронных B2B-продаж.

Рынок электронной коммерции в сегменте B2B

Как белорусские компании b2b используют Интернет для увеличения экспорта

Источник: Statista, 2020

В России электронная B2B-торговля пока не очень развита, этот рынок практически не автоматизирован, почти нет B2B-маркетплейсов, все традиционно держится на личных контактах менеджеров по продажам. «Электронная» часть российского рынка B2B, в целом составляющего около ₽90 трлн, пока невелика, по моим оценкам ₽4-6 трлн.

Что касается перспектив электронной B2B-торговли, все «докоронавирусные» оценки аналитиков сейчас не очень актуальны. Ее развитие будет происходить под влиянием двух противоположных факторов.

Читайте также:  Как и сколько зарабатывают на youtube

С одной стороны, мировой ВВП, а, стало быть, и объемы торговли (что B2B, что B2C), упадут. С другой — электронный сегмент B2B-торговли будет расти опережающими темпами.

Как под влиянием «естественных» преимуществ онлайн-коммерции, так и в связи с пандемией, рвущей привычные связи, основанные на личном общении корпоративных продавцов и покупателей.

В России «запас хода» для сегмента электронной B2B-коммерции очень велик, я думаю, верх возьмут факторы, способствующие росту и уже в ближайшие годы ее оборот достигнет ₽14 трлн.

Как оцифровывать B2B

Белорусский экспорт. Кому, что и сколько мы продаем — Люди Onliner

Последние месяцы мы все чаще слышим, что с доступом на международные рынки у белорусской промышленности все хуже и хуже. Причины этого, внутренние и внешние, наслаиваются друг на друга.

Экономические санкции совместно с коронавирусным локдауном порождают мрачные прогнозы, и вдруг становится известно, что экспорт в начале 2021-го стал расти.

Событие, конечно, радостное, но все это никак не вяжется с законами логики.

И если задуматься, вопросы начнут рождаться один за одним. Почему сейчас экспорт растет, а не падает? Как много дают стране солигорские шахтеры? А что там с белорусской нефтянкой? Радуют ли продажи тракторов и БелАЗов? Уверенно ли чувствуют себя госпредприятия? Сегодня мы попробуем разобраться в очень сложной и многогранной теме — отечественном экспорте.

Поможет нам в этом кандидат экономических наук, научный директор Исследовательского центра ИПМ Ирина Точицкая.

Что продаем?

— Как распределяется экспорт белорусских товаров и услуг? На чем мы зарабатываем в первую очередь?

— Давайте не будем смешивать товары и услуги. Сначала поговорим о том, на чем мы зарабатываем больше всего, экспортируя товары. Согласно данным Белстата за 2020 год, на первом месте стоят удобрения — калийные, азотные, минеральные смешанные. Они составляют около 10% от всего стоимостного объема экспорта страны. Из них примерно 8,3% занимают именно калийные удобрения.

На второй позиции — нефтепродукты, которых в общем объеме экспорта товаров насчитывается 9,5%. Доля нефтепродуктов, зависящая от таких факторов, как поставки нефти из России и колебания цен на мировом рынке, в 2020 году была ниже, чем в 2019-м (15,8%), в силу определенных проблем, которые в прошлом году возникали в связи с первым и вторым факторами.

К важным экспортным товарам относится молочная и мясная продукция. В 2020 году ее доля составила 8,2% и 2,8% соответственно.

Еще одна значимая позиция — черные металлы и изделия из них, на которые приходится 3,8% от общего объема экспорта страны.

— А где белорусские МАЗы, БелАЗы, прочая техника, которую выпускают наши знаменитые индустриальные гиганты?

— В общем объеме экспорта доля тракторов составляет 1,8%, грузовиков — 2,1%. Тут важно отметить, что доля машиностроения в белорусском экспорте невысокая: запчастей и принадлежностей — 1,1%, машин, механизмов для уборки и обмолота сельскохозяйственных культур (их выпускает в том числе «Гомсельмаш») — всего 0,5%.

— А почему мы, анализируя структуру экспорта, не упомянули продукцию деревообрабатывающей промышленности?

— Среди основных позиций стоит отметить продольно распиленные пиломатериалы (в 2020 году их продано на $496 млн) и древесно-стружечные плиты, которых по объему поставок было примерно в два раза меньше, чем товаров первой вышеупомянутой позиции (продано на $245 млн). Мебели экспортировали на $630 млн. Сложив показатели по всем этим позициям, мы получим около 2% от всего экспорта. Из них 52% идет в страны СНГ (в первую очередь в Россию).

— Теперь давайте поговорим про услуги. 

— В экспорте услуг у нас наибольший вес всегда традиционно имеют транспортные услуги. Причина этого очевидна: мы транзитная страна, и пользоваться преимуществами важно и нужно. Поэтому транспортные услуги составляют 42% (из них перевозка грузов — 36,4%). На втором месте стоят компьютерные услуги.

Под это понятие подводится в первую очередь все то, что мы сегодня называем IT-индустрией. В 2020 году доля этих услуг составляла 28,6% от общего экспорта услуг. Действительно, IT значительно приросли в последние годы и являются значимым источником поступления валюты в страну (порядка $2,5—2,7 млрд).

Для сравнения — в 2019 году объем экспорта компьютерных услуг составлял $2,1 млрд.

Строительные услуги занимают 6,8% от белорусского экспорта, но здесь стоит учитывать важный нюанс: большинство этих услуг (3,8%) оказано белорусскими строительными организациями иностранному лицу на территории Беларуси.

Что еще существенное можно добавить? Разве что услуги в области рекламы, маркетинга организации ярмарок и выставок — они составляют 4,5% от экспорта.

Куда продаем?

— Как распределяются экспортируемые товары, какова направленность экспорта?

— Согласно данным Белстата, в 2020 году мы поставили товары в 174 страны.

Но с точки зрения концентрации поставок у нас складывается такая картина: на 5 стран приходится 67% экспорта, на 10 стран — 79,5%. То есть на оставшиеся 164 страны распределяется лишь 20,6% экспорта.

Поэтому давайте будем держать в уме: набор стран большой, но вместе с тем есть высокая концентрация поставок в отдельные регионы.

— Давайте начнем рассматривать их по отдельности…

— Мы никого не удивим, сказав, что наш основной экспортный партнер — Россия. В 2020 году мы поставили туда 45% экспортируемых товаров (41,5% было в 2019-м).

В том, что Россия является основным экспортным рынком, нет ничего плохого.

Есть понятие «естественный торговый партнер» — Россия является им в силу своей географической близости, отсутствия языкового барьера, обоюдного понимания рынка и других объединяющих факторов.

Поэтому проблема состоит не только в том, что концентрация на рынке России достаточно высокая, но и в том, что наш партнер очень сильно зависит от экспорта сырья.

По этой причине экономика России чувствительна к внешним шокам, обусловленным волатильностью (изменчивостью. — Прим. Onliner) мировых цен, например, на нефть.

Ввиду высокой связанности экономик наших стран происходит «перелив» этих шоков на Беларусь.

— Какие еще страны можно назвать нашими стратегическими партнерами?

— Еще один наш естественный партнер — Украина. В 2020 году мы поставили туда 11% экспортируемых нами товаров. Здесь стоит отметить, что среди товаров, продаваемых в данную страну, большое количество приходится на нефтепродукты (38,4% в 2020 году и 48,5% в 2019-м).

Следом за Украиной идут Польша (4,3% нашего экспорта) и Литва (3,6%). Германия принимает 3,2% от всех белорусских товаров, поставленных за рубеж. В перечне наших партнеров Великобритания занимает почетное 6-е место: на нее приходится 2,8% экспорта, но это фактически одни нефтепродукты.

— А как же наш стратегический партнер Китай? Где в списках ближневосточные страны, в которые постоянно направляются белорусские делегации?

— Китай находится на 7-м месте (2,6%), показатель экспортируемых в эту страну товаров действительно растет. В 2019-м Китай стоял на 9-м месте. В Китай выросли поставки нашей мясо-молочной продукции, рапсового масла и ряда других товаров.

 Однако уровень экспорта в эту страну пока намного меньше, чем импорта. В результате отрицательное сальдо составляет $3 млрд.

Что касается, например, Объединенных Арабских Эмиратов, то доля поставок туда в общем объеме экспорта белорусских товаров в 2020 году составила 0,3% — как видите, цифра небольшая.

Цена сырьевых товаров

— Представим, что показатели, озвученные вами, относятся не к Беларуси, а к некой безликой гипотетически созданной стране. Вам приносят эти данные и просят выразить первое впечатление о них. Что бы вы сказали?

— Делать выводы по озвученным выше данным я бы, конечно, не стала. Требуется более глубокое изучение структуры экспорта по всем направлениям. Может быть, с ходу я сказала бы две вещи. Первое — в этой стране есть залежи калийных солей. Второе — возможно, здесь, судя по статистике экспорта нефтепродуктов, немалые запасы нефти.

Это, конечно же, шутка, поэтому при анализе нам не следует обезличивать страну.

Общая картина свидетельствует о том, что в структуре нашего экспорта слишком много товаров, которые относятся к классу низкотехнологичных и среднетехнологичных низкого уровня.

Для страны, в которой предметом гордости является машиностроительный комплекс (а именно с ним у многих ассоциируется белорусское производство), доля экспорта его товаров относительно низкая.

Также я добавила бы, что с точки зрения экономического развития в стране сделан чрезмерный упор на экспорт товаров, произведенных на основе сырья. Такие товары чувствительны к волатильности мировых цен, как и в случае с Россией, который мы описывали выше. Насколько реальны эти риски, мы с вами постоянно чувствуем, например, в связи с изменением цен на нефть и, соответственно, нефтепродукты.

То, что доля сырьевых товаров высока, подтверждает и факт сильного изменения объемов экспорта под влиянием динамики цен.

В структуре экспорта нашей страны нефтепродукты занимают лидирующие позиции, и это при том, что нефти у нас добывается очень мало и всю ее мы экспортируем (в Германию). Это значит, что наша экономика зависит от условий, которые выставляет поставщик нефти, в нашем случае — Россия.

Читайте также:  Как сделать бизнес успешным, а владельцев богатыми?

В конце концов давайте не будем забывать, куда движется мир — в сторону от ископаемого топлива. Согласно прогнозу Международного энергетического агентства, в ближайшие шесть лет спрос на нефть будет падать.

Соответственно, и заработки нашей экономики на экспорте нефтепродуктов могут снизиться.

И мы говорим не об отдаленной перспективе — в Европе уже целый ряд стран объявили, что к 2030 году они вообще прекращают производство автомобилей с двигателями внутреннего сгорания.

 Остановимся подробнее на молочной и мясо-молочной промышленности. 

— Ситуация с ней интересная. Цифры внушают уважение, но важно еще рассматривать нюансы. У нас очень высокая концентрация товаров этой категории на одном рынке — 84% продуктов поставляется в Россию.

Это существенно повышает риски больших экономических проблем, в случае если страна, на рынок которой мы поставляем продукцию, примет решение каким-то образом повлиять на условия поставки. Например — через запреты на уровне санитарно-эпидемиологической службы.

Молочные войны с Россией — история всем знакомая, было бы наивно полагать, что ситуация улажена окончательно и впредь никогда не войдет в острую фазу.

Добавьте к этому то, что Россия в последние годы стремительными темпами наращивает объемы мясо-молочной промышленности, повышает качество таких производств. Еще совсем недавно российский рынок молочки был для нас буквально безграничным, дефицит позволял направлять туда любые объемы — только производи. Сейчас ситуация меняется.

Возможно, вы слышали озвученную недавно на государственном уровне цифру — к 2030 году экспорт белорусской молочной продукции планируется довести до $4 млрд. Сейчас этот показатель составляет $2,4 млрд.

Пока мне сложно представить, как при нынешнем распределении рынка удастся за девять лет достигнуть таких показателей. На российском рынке мы уже сталкиваемся с существенной и все возрастающей конкуренцией. Хотя я и не возьмусь сказать, что это в принципе невозможно.

Вероятно, рассматриваются рынки Китая и арабских стран, но и там продвигать свою продукцию надо будет с боем.

Проблемы роста

— Почему, на ваш взгляд, нет тех объемов роста экспорта, которые хотелось бы увидеть?

— Справедливости ради важно отметить: отечественные предприятия не сидят сложа руки, они действительно прилагают немало усилий, чтобы пробиться на международные рынки. В 2020 году ощутимо вырос экспорт рапсового масла. Производители увидели его востребованность на рынке и подстраиваются под ситуацию. Таких примеров много, некоторые — успешные, другие — не очень.

Важно понимать, что, когда говорят «диверсифицируйтесь», за этим стоит целый ряд серьезных, продуманных, подкрепленных человеческими и финансовыми ресурсами действий.

Просто так на рынке другой страны не окажешься — ты должен пройти множество процедур технической регистрации, исследовать рынок, понять его предпочтения, провести серьезную маркетинговую кампанию. Это все стоит времени и денег.

У белорусских предприятий порой не хватает или одного, или другого ресурса, а зачастую — обоих.

Я смотрела исследования, которые были проведены для создания стратегии выхода российской молочки на китайский рынок. Это фундаментальная, качественная и очень серьезная работа. Было изучено, сколько добавляется к цене продукта на каждом этапе за счет промежуточных звеньев и почему.

Анализ показал, что традиционно в Китае мало востребовано молоко, но при этом есть большой спрос на йогурты и сыры как элементы здорового питания. Также были разработаны конкретные рекомендации по брендированию продуктов. Оказалось, что Россия воспринимается в Китае как страна физически хорошо развитых людей.

Исходя из этого, предлагалось формировать конкурентные преимущества условно таким образом: «ешь нашу продукцию — и будешь сильным и здоровым».

Чего-то подобного, ориентированного на белорусских производителей я не видела.

Особенно сложно выходить на иностранные рынки с продукцией машиностроения, ведь там, помимо всех перечисленных проблем, очень остро стоит вопрос с сервисными центрами, постоянными представительствами. Вы покупали бы в Беларуси новый автомобиль какого-нибудь производителя, понимая, что у нас нет ни одного сервисного центра этой марки?

Несмотря на все это, статистика экспорта говорит о том, что, например, наши производители грузовиков пытаются диверсифицировать рынки сбыта. Если раньше поставки шли в основном в Россию, то сейчас география расширяется.

Проблема еще в том, что у нас совершенно разные экспортные корзины для стран СНГ и остальных стран. В Россию мы поставляем продукцию машиностроения, продукты питания, деревообработки. Вне СНГ у нас доминируют нефтепродукты, калийные удобрения, черные металлы.

Невольно возникает вопрос: почему же продукция, успешно поставляемая на рынок СНГ, с таким трудом пробивается на иные рынки, действительно ли она конкурентоспособна? Причем здесь можно говорить не обязательно о конкурентоспособности самой продукции (давайте признаем, что китайцы тоже не все делают суперкачественно и при этом отлично конкурируют), но и о том, насколько хорошо мы умеем ее продвигать на внешние рынки.

В качестве примера — как-то мы разговаривали с одним бизнесменом, который в шутку заявил, что продавал бы белорусские трактора по всему миру, в развивающихся странах используя маркетинговый слоган: «Белорусский трактор — это трактор, который вы можете починить сами». Вполне возможно, что для потребителей целого ряда стран это будет важно. Понятно, что я утрирую, но пример показателен — по крайней мере, у человека интересный маркетинговый подход.

Госпредприятия или частники?

— Какую часть белорусских экспортеров составляют госпредприятия, а какую — частники? Роль частников растет или снижается? Почему?

— Согласно официальным данным Белстата, государственные организации и организации с долей государства в уставном фонде поставили в 2020 году 34% от общего объема белорусского экспорта. В 2019-м этот показатель равнялся 32,5%.

— Я правильно понимаю, что самостоятельно работающий частный сектор у нас экспортирует практически вдвое больше товаров, чем государственный?

— Получается, что так. Об этом говорит официальная статистика. В 2020 году экспорт товаров коммерческими организациями государственной формы собственности и с долей государства в уставном фонде оценен в $9,8 млрд, соответственно, $19,2 млрд приходится на негосударственный сектор.

  • — Какова доля высокотехнологичных производств в общем объеме белорусского экспорта?
  • — К сожалению, она традиционно крайне мала и составляет около 3%.
  • — Можете ли вы составить какой-то прогноз по изменениям структуры экспорта Беларуси в свете событий 2020—2021 годов?

— Мне не хотелось бы гадать, предлагая вам ничем не подтвержденные цифры. Упомяну то, что у всех на слуху. Я не думаю, что произойдет падение экспорта, которое сейчас часто предрекают IT-сектору в связи с предполагаемой релокацией компаний. По крайней мере в ближайшее время. Хотя возможно замедление темпов роста экспорта этого сектора.

Также важно понимать, что если смотреть сегодня на стоимостные объемы экспорта, то они точно будут расти.

Потому что сравниваем мы с прошлым годом, а в январе 2020-го у нас были колоссальные проблемы с поставками нефтепродуктов. Это называется эффектом низкой базы.

Для понимания — по сравнению с январем прошлого года экспорт в Нидерланды в январе этого года вырос в 4,2 раза. В Нидерланды мы поставляем только нефтепродукты…

Всю остальную информацию мы можем начать анализировать, когда получим статистику за первый квартал 2021 года.

Новинки 2021 года уже в продаже. Велосипеды в Каталоге

Наш канал в Telegram. Присоединяйтесь!

Есть о чем рассказать? Пишите в наш телеграм-бот. Это анонимно и быстро

Перепечатка текста и фотографий Onliner без разрешения редакции запрещена. nak@onliner.by

Внешняя торговля Беларуси: итоги диверсификации и новые риски

goodfon.ru

Установленный в Беларуси плавающий валютный курс снизил риск высокой инфляции, а торговые связи с основным партнером страны – Россией – за последнее десятилетие только укрепились. Но риски в белорусской экономике все же существуют: белорусские предприятия не успевают модернизировать производство, теряя в конкурентности, а тесные связи с Россией и благоприятные условия поставок российских энергоресурсов могут обернуться торможением социально-экономического роста обеих стран – так считает белорусский экономист Людмила Воронецкая. Специально для портала «Евразия.Эксперт» она проанализировала тенденции внешней торговли Беларуси за последние годы, оценив результаты усилий Минска по диверсификации экспорта и выявив основные риски, с которыми может столкнуться белорусская экономика.

Читайте также:  Нмцк - что это такое. методы определения и расчета по 44-фз

Статистика, статистика

В соответствии с постановлением Совета министров Республики Беларусь №18 от 12.01.2017 г. целевой показатель диверсификации экспорта по странам в 2019 г. должен иметь следующие значения: страны ЕАЭС – 36,6%, ЕС – 31,8%, другие страны – 31,6%. Такое относительно равномерное распределение преследует снижение зависимости Беларуси от внешних вызовов и поиск новых перспективных рынков.

При этом структура белорусского экспорта в январе-мае 2019 г. в географическом разрезе имеет следующий вид: доля в страны ЕАЭС составляет более 40%, в страны ЕС чуть менее 30%, в другие страны – почти 30%.

Экспорт белорусских товаров в государства-члены ЕАЭС за январь-март 2019 г. составил $3,1 млрд (41,0% от общего экспорта товаров Беларуси) и сократился на 3,1%. Экспорт в Россию составил $2,9 млрд (93,8% от белорусского экспорта в ЕАЭС и 38,4% от общего экспорта товаров республики) и сократился относительно первого квартала 2018 г. на 3,0%.

Импорт товаров из государств-членов ЕАЭС за январь-март 2019 г. составил $5,0 млрд (61,9% от общего импорта товаров Беларуси) и сократился на 4,5%. Импорт из России составил $5,0 млрд (99,4% импорта из ЕАЭС и 61,6% общего импорта) и сократился на 4,5%.

Сальдо счета текущих операций платежного баланса Беларуси с Россией за январь-март 2019 г. сложилось отрицательным, и составило $2,8 млрд.

Объем внешнеторгового оборота товарами Республики Беларусь с Российской Федерацией за январь-март 2019 г.

сократился по сравнению с аналогичным периодом 2018 года на 4,0% – до $7,9 млрд (50,4% внешнеторгового товарооборота Беларуси). Дефицит внешней торговли товарами сложился в размере $2,1 млрд.

Наибольшее отрицательное сальдо наблюдалось по товарным разделам: минеральные продукты – $2,5 млрд и недрагоценные металлы – $300 млн. В то же время значительное положительное сальдо (700 млн) сложилось по продовольственным товарам и сельскохозяйственному сырью.

По данным Национального статистического комитета Беларуси, сальдо торговли товарами с Россией в 2018 г. традиционно отрицательное: ‑$9,7 млрд (‑$6,7 млрд в 2017 г.). В 2018 г. наблюдалось увеличение импорта товаров из России при сохранении экспорта на уровне прошлого года.

Наоборот, сальдо торговли услугами Беларуси с Россией положительное: $403,8 млн, однако по сравнению с 2017 г. ($566,1 млн) отмечается его уменьшение. Вторым же после России рынком для белорусского экспорта по значимости является ЕС. Доля ЕС в экспорте Беларуси в 2018 г.

составила 30,2% (в 2017 г. 26,8%).

Как менялся список торговых партнеров Минска

По экспорту товаров основными странами-торговыми партнерами Беларуси являются Россия, а также Украина и Великобритания. По импорту – Россия, Китай и Германия. В первом десятилетии XXI в. такими партнерами были Россия, Германия и Украина.

В настоящее время на долю России приходится около 60% белорусского импорта. Доля Китая, хоть и не такая большая, имеет положительный тренд и основания для дальнейшего увеличения. При этом наблюдается перекос в товарообороте Беларуси и Китая в пользу Китая.

Белорусский экспорт с Китаем значительно меньше импорта. Китай закупает в Беларуси преимущественно калийную соль, а завозит в Беларусь в больших объемах свои дешевые и не всегда качественные товары.

Промышленные предприятия Беларуси медленными темпами обновляют оборудование и недостаточно активно внедряют новые технологии. Это снижает конкурентоспособность белорусской продукции. Возрастающая конкуренция со стороны китайской промышленности создает угрозу вытеснения белорусской продукции с рынков ЕС.

Торговые отношения с Россией по сравнению с 2010 г. укрепились еще больше, поскольку за это время увеличилась доля как белорусского экспорта товаров в Россию, так и импорта товаров из России в Беларусь.

Однако заметного скачка доли экспорта и импорта товаров Беларуси с Россией в связи с созданием ЕАЭС не отмечается. Это может быть связано с уже сформированными и достаточно тесными торговыми отношениями Беларуси и России на протяжении всего постсоветского этапа развития.

Внесло свою лепту и создание Союзного государства Беларуси и России.

В то же время, существующая структура торговли товарами между Беларусью и Россией может совершенствоваться за счет качественного улучшения.

Чем торгует Беларусь

В структуре экспорта Беларуси с Россией более 30% составляют минеральные удобрения; кроме того, относительно велика доля машин, оборудования и транспортных средств, продукции химической промышленности.

Почти половина белорусского экспорта в остальные страны СНГ представлена минеральными продуктами.

Также можно выделить заметный удельный вес продовольственных товаров, продукции химической промышленности, машин и оборудования.

В страны вне СНГ белорусский экспорт представлен двумя существенными группами товаров. На первом месте минеральные продукты, на втором – продукция химической промышленности. Следовательно, экспорт товаров Беларуси в страны СНГ имеет преимущественно сырьевую направленность.

В структуре импорта Беларуси с Россией около половины составляют минеральные удобрения, также относительно велика доля продукции химической промышленности, машин и оборудования, а также черных, цветных металлов и изделий из них. В структуре импорта Беларуси с другими странами СНГ более 40% составляют продовольственные товары и сельскохозяйственное сырье, со странами вне СНГ около 35% составляют машины, оборудование и транспортные средства.

Со странами вне СНГ велика доля импорта продовольственных товаров и сельскохозяйственного сырья, а также продукции химической промышленности.

Беларусь сильно зависит от мировых цен на сырье и энергоресурсы, от условий торговли энергоресурсами с Россией.

Любые внешние шоки в большинстве случаев будут иметь для Беларуси неприятные последствия, поэтому Минску было бы логично обезопасить себя от них хотя бы в некоторой степени.

Этого можно достичь благодаря развитию науки и инноваций, увеличению наукоемких производств, развитию высоких технологий. Сложная высокотехнологичная продукция с высокой добавленной стоимостью позволит Беларуси лучше адаптироваться к внешним вызовам.

Торговые риски и как их снизить

Рост импорта из России в первом квартале 2019 г. может быть связан с ростом реальных доходов населения Беларуси, в том числе ростом реальной заработной платы. Экономический цикл Беларуси в настоящее время приближается к пику, что влияет, наряду с внешней конъюнктурой, на экспорт и импорт Беларуси.

В то же время белорусский денежно-кредитный регулятор не допускает существенного увеличения амплитуды экономического цикла и возникновению серьезных дисбалансов в экономике.

Положительное влияние на макроэкономическую стабильность оказал переход от фиксированного валютного курса к плавающему валютному курсу (управляемому).

В ближайшие пять лет в Беларуси планируется перейти на режим свободно плавающего валютного курса.

Несмотря на возможную волатильность на валютном рынке при плавающем валютном курсе, снижаются риски высокой инфляции, которая создает крайне непредсказуемую экономическую ситуацию и отрицательно влияет на всю экономику, в том числе на внешнюю торговлю.

Со странами СНГ и ЕАЭС Беларуси целесообразно создавать совместные предприятия, кластеры, осуществлять сотрудничество в области IT, науки, образования, медицины, фармацевтики, проводить выставки достижений народного хозяйства с приглашением представителей из стран-партнеров с перспективой заключения двусторонних и многосторонних договоров для дальнейшего взаимовыгодного сотрудничества. Такая политика повлияет на улучшение структуры экспорта и импорта (в виде увеличения доли инновационной продукции) между Беларусью и Россией, Беларусью и другими странами ЕАЭС и СНГ.

Относительная обеспеченность Российской Федерации энергоресурсами и сравнительно благоприятные условия поставок российских энергоресурсов в Беларусь могут стать для обеих стран фактором, тормозящим социально-экономическое развитие.

Анализ структуры экспорта и импорта Беларуси и России подтверждает, что такая угроза существует.

Целесообразно в дальнейшем переключиться на диверсификацию экспорта, и снижение не столько в абсолютных значениях экспорта и импорта энергоресурсов в Беларуси и России, сколько снижение доли энергоресурсов в белорусском и российском экспорте за счет увеличения доли в экспорте и импорте высокотехнологичной наукоемкой продукции. Для Беларуси это будет означать снижение зависимости от импортируемых природных ресурсов.

Высокие мировые цены на нефть и газ привели к тому, что сырьевые отрасли стали занимать существенное положение в российской экономике, нефтегазовые доходы стали очень значимой статьей доходов в России.

Характерной чертой белорусской экономики являются ее высокая энергоемкость (при достаточно скромном запасе собственных энергоресурсов). Данное обстоятельство определяет структуру белорусского импорта и экспорта.

Существенную долю белорусского экспорта и импорта занимают нефть и газ, а также нефтепродукты. Экспорт и импорт этих товарных позиций организован так, чтобы приносить доход Беларуси.

В то же время, это снижает конкурентоспособность других отраслей промышленности за счет притока в страну нефтедолларов и за счет отсутствия острой необходимости в связи с экспортом энергоресурсов развивать сложные высокотехнологичные производства. Это похоже на симптомы «голландской болезни», которую нельзя допустить в Беларуси и России, поскольку это снижает национальную конкурентоспособность стран в долгосрочной перспективе.

Людмила Воронецкая, белорусский экономист

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *