Почему привозить в беларусь специалистов для ит теперь проще и выгоднее. объясняют юристы и бизнес

Когда два молодых юриста Игорь Носков и Максим Тараненко решили, что работать по найму они больше не хотят, они объединились и создали собственную компанию.

За основу бизнеса взяли три важных принципа: во-первых, результат их труда должен быть нужным другим людям настолько, что они готовы за него хорошо платить; во-вторых, делать свою работу максимально профессионально и посвящать ей все силы; в-третьих, их предприятие должно быть толково организовано.

Судя по всему, у них всё получилось. О некоторых составляющих бизнеса в сфере юридических услуг порталу Biz360.ru рассказал Игорь Носков.

Досье

Игорь Носков, 28 лет. Окончил Российскую академию правосудия при Верховном суде РФ и Высшем арбитражном суде РФ. Ещё студентом пошел работать по профессии. Сначала трудился в компании, которая занималась куплей-продажей бизнесов; там познакомился с будущим партнёром Максимом Тараненко.

Через год-другой их пути разошлись. Максим занялся предпринимательскими проектами, а Игорь перешёл на службу в аппарат Арбитражного суда Москвы. Впоследствии бывшие коллеги снова встретились и основали юридическую корпорацию  «АМТ».

Основные направления – семейное право и взыскание долгов, перспективные — корпоративное право и банкротство.

Почему привозить в Беларусь специалистов для ИТ теперь проще и выгоднее. Объясняют юристы и бизнес

Крепкий скелет

В юридической корпорации «АМТ» всего шесть штатных сотрудников. Название для себя партнёры выбрали солидное на слух и с надеждой на большие перспективы развития. Но, кроме того, формат корпорации задал подход к построению бизнес-структуры.

«Нас двое партнёров, — рассказывает Игорь. – Все серьёзные решения принимаем только вдвоём, после обстоятельных обсуждений. Иногда очень долго спорим, но пока не сойдёмся на едином мнении, ничего не предпринимаем. Из-за этого принятие решения может затягивается, но зато оно, как правило, оказывается оптимальным».

Помимо общего управления компанией, партнёры ещё и берут на себя общение с клиентами и принятие стратегических решений по всем делам, за которые они решились браться. Непосредственно ведением дел занимаются два старших юриста: один отвечает за долговое направление, другой – за семейное.

У каждого из них в подчинении ещё по одному юристу. Кроме того, есть помощники юриста, — как правило, это студенты, обычно один или два человека. Плюс офис-менеджер и приходящий технический персонал.

IT-специалисты, занимающиеся сайтом и компьютерной сетью, привлекаются по мере необходимости на отдельные работы.

«Юристы у нас профильные, — продолжает Игорь. – Конечно, в случае необходимости любой может подменить каждого. Но всё-таки надо понимать, что у каждой отрасли права есть множество нюансов, нормы постоянно меняются, узкий специалист может держать всё это в голове, а юрист-универсал – нет. Поэтому мы заложили жесткое деление по направлениям.

Сейчас есть ещё несколько потенциальных рынков, на которых мы хотели бы работать. Пока они не дают нужного объёма, но как только появятся клиенты, отрастим для их обслуживания новые «ветки». Чтобы и там работали специалисты узкого профиля, способные оказывать услуги того уровня, которого от них ждут и заказчики, и мы.

Коллектив сложился ещё четыре года назад, когда только начинали работать. На этих людей я всегда могу положиться».

Юристы корпорации «АМТ» вступают в дело только после того, как компания получает предоплату – это раз и навсегда установленный партнёрами принцип работы. Какое бы вознаграждение потенциальный клиент ни сулил по результатам работы, если он сразу не готов внести хотя бы небольшой аванс, разговор с ним вряд ли будет долгим.

Сейчас в работе у юристов компании около 150 дел. Около 60 процентов клиентов – физические лица, подавляющее большинство из них пришли с семейными спорами. Оставшаяся часть – это компании, пытающиеся взыскать долги со своих заказчиков и контрагентов. Есть ещё несколько фирм на постоянном юридическом обслуживании. У любой организации возникают ситуации, когда или они, или им предъявляют иск, так что юристы без дела не остаются.

Среди постоянных заказчиков есть очень серьёзные организации. Например, один крупный сетевой ритейлер. Они отдали на аутсорсинг заключение договоров и регистрацию прав, связанных с объектами недвижимости. Работа вроде бы непрофильная для «АМТ», но и с ней юристы корпорации тоже успешно справляются.

Для координации работы компании и контроля за всеми делами, в «АМТ» используют программу «Мегаплан».  Там видны все кейсы, все клиенты, автоматически создаются уведомления и напоминания о датах судебных заседаний, встреч, проще контролировать сроки и готовность к процессуальным событиям. 

Демпинг не пройдёт

«Мы пытались внедрить стандарты оплаты труда наших сотрудников, — рассказывает Игорь Носков о принципах ценообразования на услуги своей компании.

– Была идея установить почасовую ставку каждого из партнёров в 10 тысяч рублей, старшего юриста – в 7 тысяч рублей… Потом от этого отказались, но все равно, считаем, что час работы любого нашего специалиста не может стоить меньше 3 тысяч рублей.

У нас же знания, опыт, квалификация. Они не могут предоставляться без достойного вознаграждения.

Поэтому любой серьёзный спор обойдется его участнику как минимум в 100 тысяч рублей. При этом мы чётко понимаем, что  сотрудничество с нами должно быть для клиента рентабельным. То есть, если заказчик хочет взыскать с кого-то 200 тысяч рублей, а наше вознаграждение будет минимум 100 тысяч  — получится полный бред, ему такой ценой возвращать долг будет просто невыгодно».

Максимальное вознаграждение, полученное за одно дело, – 12 миллионов рублей. Наследники делили имущество некоего почившего владельца заводов-газет-пароходов, разбросанных по всему миру. Когда удалось собрать наследственную массу, её общая стоимость получилась больше 300 миллионов рублей.

«Мы над этим делом три года работали, — объясняет Игорь. — Только на переписку с иностранными регистрационными палатами потратили больше, чем получили в качестве предоплаты. А ещё были командировки, суды… Но когда всё закончилось и мы получили вознаграждение, все расходы с лихвой окупились».

Наверное, самый бюджетный способ стать клиентом «АМТ», — это затеять развод. Если у супругов нет особых споров ни по детям, ни по имуществу, то прекращение брака с помощью юриста обойдётся им в 30 тысяч рублей.

Если же надо решить какие-то проблемы, сумма может возрасти в разы и даже на порядок.

Но тут есть важный нюанс – грамотный юрист поможет прекратить брачные отношения так, что дальше у людей просто не останется поводов для новых конфликтов – все вопросы между ними будут решены раз и навсегда, у них просто не останется причин для вынужденного общения друг с другом. Проблема будет решена качественно и «под ключ». Игорь Носков честно предупреждает: в семейных спорах юристы его компании всегда выступают на стороне доверителя, но действуют так, чтобы потом претензий не осталось ни у  кого.

Почему привозить в Беларусь специалистов для ИТ теперь проще и выгоднее. Объясняют юристы и бизнес

«Часто клиенты говорят, мол, есть человек, готовый сделать то же самое в четыре раза дешевле, — сетует Игорь. – Но если человек соблазнится этим демпингом, он только создаст себе новые проблемы. Качественная работа не может стоить дешево. Если на чём-то изначально сэкономить, потом много придется доделывать и выбивать самому. Или, опять же, тратить деньги, на услуги профессионалов.

Корректное воздействие

Половину доходов корпорация «АМТ» получает с ведения дел по взысканию задолжненностей. Игорь Носков подчеркивает, что с бесчинствами коллекторов их работу путать не надо.

«В подавляющем большинстве случаев должник всегда говорит: «Я бедный и несчастный, кроме дырявых штанов у меня ничего нет, хотите – отбирайте их по суду», — вспоминает Игорь. – Но на самом деле таких безнадёжных займов не больше одного процента.

Обычно кредиторы хотя бы немного в курсе материального положения своих заёмщиков. И совсем асоциальным личностям, у которых за душой ничего нет, никто ничего всерьёз не одалживает. Кто рассчитывается сразу, до того, как на него подадут в суд.

Кто-то дожидается визита приставов и судебных исполнителей… В общем, 85 процентов всех наших долговых дел мы успешно завершаем, взыскивая денежные средства; оставшиеся 15 процентов дел уходят на стадию банкротства.

Но есть, конечно, и такие редчайшие случаи, когда у человека действительно нечего взыскивать».

Со всех, пришедших в корпорацию «АМТ» с просьбой помочь в возвращении денег, всегда просят предоплату. Правда, честно предупреждают, какие услуги стоит заказывать, а какие оплачивать бессмысленно.

Если сумма небольшая, рекомендуют клиенту ограничиться консультацией, где ему объяснят, как правильно и эффективно действовать дальше. Зачастую этого бывает достаточно.

Если же кому-то надо, например, выбить у бывшего работодателя 30 тысяч рублей удержанной зарплаты, то, скорее всего, ему в помощи откажут – расходы на ведение дел окажутся явно больше возможного дохода клиента.

Почему привозить в Беларусь специалистов для ИТ теперь проще и выгоднее. Объясняют юристы и бизнес

«Нас не надо путать с коллекторами, — разъясняет Игорь. – Я про них наслышан: парни приходят, выламывают двери и стулом по голове начинают объяснять заёмщикам, что долги надо отдавать в срок. Наша деятельность к этому никакого отношения не имеет. Наш инструментарий – закон, суд, пристав-исполнитель и банкротство. При правильном использовании этих средств вполне достаточно для такого дела».

Откуда появляются клиенты

Структура заказчиков у корпорации «АМТ» такая: 70 процентов — обратившиеся впервые, оставшаяся почти треть – постоянные клиенты. При этом большинство постоянных клиентов – это юридические лица. Гражданам, пришедшим со своей проблемой и успешно её решившим, при нормальной ситуации второй раз юрист вряд ли скоро потребуется.

Читайте также:  Почему наши логистические центры проигрывают зарубежным конкурентам

Большинство новых – порядка 60 процентов – находят компанию через интернет. Для этого надо поддерживать основной и вспомогательные сайты, следить за количеством переходов  с поисковых ресурсов. Эту сферу лично контролируют Игорь и Максим, им помогают IT-специалисты на аутсорсинге.

Около трети новых заказчиков даёт «сарафанное радио». Тем, кто пришёл по рекомендации знакомых, рады особенно. Эти люди обычно заранее позитивно настроены на работу с «АМТ», они примерно в курсе правил и процедур. 

Есть ещё некоторое количество достаточно случайных людей, чей путь проследить не получается. Впрочем, им тоже можно и нужно помогать.

«После завершения дела мы всегда просим клиента оставить нам свой отзыв, — делится ещё одним секретом Игорь. – Причём просим формулировать достаточно подробно: с чем помогли, какие сложности преодолевали. У нас собралась уже целая книга. И когда новый клиент только знакомится с нами, такая стопка благодарностей лишний раз показывает ему, что с нами можно и нужно иметь дело».

Юридическая бухгалтерия

Когда юридическая корпорация «АМТ» только появилась, два партнёра-энтузиаста арендовали небольшой офис в центре Москвы.

Тогда выручили деловые связи – предприниматели, несмотря на молодость, успели уже изрядно повертеться в деловых кругах и, когда стало известно об их бизнесе, тут же нашлось достаточное количество знакомых, которым надо было то «договорчик посмотреть», то ещё с чем-то помочь.

Брать за такие заказы большой гонорар было бы не с руки, но в итоге ежемесячная аренда помещения отбивалась. Поскольку из всех инвестиций были только собственные накопления, то это было очень кстати.

Затем дело начало расти. Сначала переехали в бизнес-центр, сняли полноценный офис. Доходы позволяли улучшить «жилищные условия». В штате к тому времени было уже шесть человек. Тогда потратились на обстановку и технику. Затем, к 2012 году дело настолько расширилось, что коллектив пришлось увеличивать вдвое. Потом, правда, обратно ужались до шестерых – решив брать не числом, а качеством.

В настоящий момент средняя ежемесячная выручка компании составляет 1,5 миллиона рублей. Правда, при этом надо учитывать, что зимой работали с убытком – сезонный спад, для юридического бизнеса это нормально.

Фонд оплаты труда за тот же месяц составил порядка 600 тысяч рублей – по 80-100 тысяч рублей в месяц хорошему юристу выдавать на руки надо. Ещё две сотни тысяч съели арендные платежи, коммуналка, мелкие офисные расходы. Были затраты на текущие расходы по ведению дел, представительские, заказы сотрудникам на аутсорсинге… В итоге чистой прибыли — 350 тысяч рублей. Это доход учредителей и инвестиции в продвижение корпорации. Тут уж партнёры сами решают, что им в этом месяце сделать – потратить больше на себя или вложиться в светлое будущее.

«Я с работы раньше десяти вечера почти никогда не ухожу, — рассказывает Игорь Носков. – Работа юриста – дело творческое. Иногда надо посидеть подольше, поискать практику. И сотрудники так же. Если человек хорошо справляется со своими обязанностями, то мы за режимом строго не следим.

Со стороны кажется, что наша работа ничего не стоит. У торговых компаний всё понятно – они сначала что-то закупили, а потом должны продать, чтобы вернуть деньги. А у нас как будто бы изначальных затрат нет. Но на самом деле это не так. Мы все учились, у нас есть образование, знания, опыт, мы умеем делать такое, что не под силу не то что обычным людям, но и многим коллегам. Всё это нарабатывается за счет огромного количества потраченных сил и энергии. И за то, чтобы мы применяли всё это в пользу наших клиентов, мы и просим их заплатить. По-моему, вполне справедливо». Почему привозить в Беларусь специалистов для ИТ теперь проще и выгоднее. Объясняют юристы и бизнес

Как устроен онлайн-конструктор документов. Как заработать на онлайн-сервисе для юристов и адвокатов. Как предпринимательница из Петербурга пытается изменить рынок юридических услуг. biz360

11 мая 2016

"Хороший финансовый пряник". Будет ли IT-компаниям в России лучше, чем в Ирландии? — BBC News Русская служба

  • Сергей Козловский, Ольга Дьяконова
  • Би-би-си

Почему привозить в Беларусь специалистов для ИТ теперь проще и выгоднее. Объясняют юристы и бизнес

Автор фото, Sergei Bobylev/TASS

В России объявили налоговый маневр для IT-отрасли. Для технологических компаний резко снизят налоги и различные выплаты. Это уже привело к резкому росту котировок акций «Яндекса» и Mail.ru. Превратит ли налоговый маневр Россию в мировой центр IT-индустрии и что об этом думает бизнес?

Президент Владимир Путин во вторник объявил среди прочего о налоговом маневре в IT-отрасли, фактически речь идет о радикальном снижении налогов, причем бессрочно:

  • ставка страховых взносов для IT-компаний будет снижена до 7,6%. Сейчас ставка установлена на уровне 14% до 2023 года;
  • ставка налога на прибыль для этого сектора будет снижена с 20% до 3%.

«Что не только сравнимо, а даже лучше, чем в таких привлекательных сегодня для IT-бизнеса юрисдикциях, как индийская и ирландская. Фактически это будет одна из самых низких налоговых ставок в мире», — заявил президент.

После выступления Путина акции российских IT-компаний на бирже выросли. Ценные бумаги «Яндекса» на Московской бирже выросли на 4,6%, бумаги Mail.ru на Лондонской бирже выросли на 9%.

На льготы смогут претендовать компании, у которых не менее 90% выручки приходится на продажу программного обеспечения, а также услуг по его разработке, внедрению и поддержке, писала газета «Ведомости» со ссылкой на неназванных федеральных чиновников.

Если это правда, то некоторые подразделения таких крупных IT-компаний, как «Яндекс» и Mail.ru могут оказаться вне действия льгот, так как у них существенная часть выручки приходится на продажу рекламы, отмечает в комментарии аналитик ВТБ Капитала Владимир Беспалов.

Льготное налогообложение снизит коммерческие риски, понизит планку входа на рынок для начинающих разработчиков, говорит бизнес-омбудсмен Борис Титов.

По его словам, сейчас на 10-15 крупных игроков приходится около 85% российского IT-рынка (без учета вложений в рамках нацпроекта «Цифровая экономика»). «Остальные отечественные IT-компании, а их десятки тысяч, живут с оборотом в 20-30 млн рублей в год. Если им станет легче, рынок станет более разнообразным, вырастет конкуренция, а услуги, соответственно, удешевятся», — отмечает Титов.

Однако эксперты сомневаются, что налоговый маневр в IT все же заставит отрасль бурно расти. «Это хороший финансовый пряник. Но я не думаю, что это будет тем самым катализатором, который будет стимулировать IT-индустрию в большей степени развивать свой бизнес в России», — считает партнер «Делойт» Артем Васютин.

«Если мы говорим о международном распределении труда в IT-отрасли, мы конкурируем в первую очередь с Восточной Европой, включая Беларусь и Украину. В этом отношении режим, конечно, стал более привлекательным. Думаю, что многие компании задумаются о том, чтобы размещать свои центры разработки именно в России», — считает партнер EY Вадим Ильин.

Сомнения экспертов связаны с общим деловым климатом в России. По мнению Васютина, налоговый режим, безусловно, важен, но ключевыми также являются вопросы предсказуемости ведения бизнеса, а также защиты интеллектуальной собственности.

«Мы не говорим о том, что мы конкурируем с центрами разработки, которые размещены там, а скорее мы конкурируем именно как налоговая юрисдикция», — говорит Ильин.

Чтобы улучшить условия ведения бизнеса, надо устранить сложности с перемещением товаров и услуг через границу, пересмотреть требования валютного контроля и упростить другие процедуры для российских компаний, которые ориентируются на внешний рынок, отмечает Борис Титов.

«Очень важно, чтобы IT-продукты создавались именно в России, а не уходили на Запад в виде идей, возвращаясь к нам в виде продуктов, но уже в несколько раз дороже», — говорит омбудсмен.

При этом представители IT-бизнеса и индустрии, опрошенные Би-би-си, довольны налоговым маневром.

Названные меры в отношении IT — да, это в интересах IT-бизнеса. Не исключено, что для компенсации обозначенных льгот, где-то в другом месте налоги потом повысят, но пока заявленное президентом воспринимается полностью позитивно.

Поскольку основной ресурс IT-компаний — это интеллект сотрудников, то снижение страховых сборов — прямое удешевление использования этого ресурса. Снижение налога на прибыль позволяет не списывать всё на затраты, а показывать больше прибыли и направлять её на долговременное развитие бизнеса. Это дает определенную свободу действий в правовом поле.

Сам термин «маневр» немного смущает. Маневрирование предполагает быструю смену курса, а для бизнеса принципиально важны долговременные, стабильные правила игры.

Из того, что озвучил сегодня президент, прямой связи с экспортом пока не вижу. Программы будет легче создавать в России — это да. И тем, кто работает на внутреннем рынке, и тем, кто поставляет их на экспорт.

Для кратного роста экспорта требуются более существенные изменения.

Тут и вопрос отмены санкций, и вопрос более глубокой интеграции в мировую экономику, и вопрос устранения бюрократических барьеров, и многое другое.

Все пункты налогового маневра — своевременные, нужные, эффективные.

Но, как отменил Владимир Путин: «Налоги — это, конечно, важно, но далеко не все. Прошу правительство продолжить анализ по всем другим условиям работы IT-отрасли и смежных сфер. Мы также должны быть здесь конкурентоспособными».

Поэтому пристально следим за развитием событий (как в отношении уже анонсированных мер, так и новых-будущих) и не расслабляемся.

Читайте также:  Что происходит в отделах продаж сейчас и как это исправить

Кроме того, очень важно помнить о бизнес-климате и инвестиционном климате в частности. Если мы хотим, чтобы инвестировало не только государство, но и частные инвесторы, то нужен благоприятный фон.

Сами по себе меры «налогового маневра» хороши, но вдвойне отлично, что они носят «бессрочный характер» — это является принципиально важными для IT-отрасли.

РАЭК и отрасль давно говорят о необходимости изменения парадигмы регулирования ИТ-отрасли с «охранительно-запретительной» (существующей с 2012 года) — на «стимулирующую». Надеюсь, что мы являемся участниками процесса «переключения» этой парадигмы, именно сейчас, в 2020 году.

Для индустрии это позитивная новость: возможность реинвестировать больше средств в развитие перспективных продуктов позволит компаниям, в том числе стартапам, повысить конкурентоспособность отечественных IT-продуктов и потенциально снизить их стоимость для конечного потребителя как на российском, так и на зарубежных рынках.

Однако необходимо помнить, что разработка программ и развитие IT-отрасли — это длительный и сложный процесс, поэтому текущие меры можно будет оценивать в долгосрочной перспективе.

Налоговый маневр окажет позитивное влияние на экономику IT-компаний, мы положительно относимся к решению властей. До этого складывалась ситуация, что предприятия других отраслей получили 50% льготы на социальные налоги, которые составляют основную часть отчислений в государственный бюджет. А у предприятий, занимающихся разработкой ПО, эта льгота и так была.

Таким образом, до решения о налоговом маневре государство никак не поддерживало IT-отрасль в период кризиса, вызванного коронавирусом. Радует, что на государственном уровне теперь есть понимание того, что IT-компаниям нужно помочь преодолеть последствия пандемии и восстановиться.

Проблема в том, что IT-сектор очень сильно зависит от ситуации с экономикой в других отраслях. Разработчики ПО обслуживают другие компании, включая те, что пострадали от пандемии.

Разумеется, провал в экономике портфельных заказчиков сказался на выручке IT-компаний. И чем больше в портфеле заказов у IT-компаний пострадавших предприятий, тем сильнее финансовые потери.

Они могут быть вполне соизмеримы с потерями тех самых предприятий наиболее пострадавших отраслей.

Обе меры поддержки IT-индустрии, высказанные сегодня президентом, прошли двухмесячный путь проработки внутри РУССОФТ вместе с другими ассоциациями, в контакте с минкомсвязи и с другими ведомствами. И они были, пожалуй, главными в ряду предложений, которые были высказаны президенту от имени индустрии на совещании по видео-конференцсвязи 10 июня. Естественно, мы поддерживаем эти меры.

Снижение страховых взносов — уже испытанный инструмент повышения конкурентоспособности IT-индустрии на глобальном рынке. Впервые страховые взносы для IT-компаний были снижены в 2007 году с 30% до 14% и за все это время доказали свою эффективность.

Бюджет не потерял ничего благодаря росту объема налогов с физических лиц за счет ускоренного роста оборота компаний, и компании продемонстрировали высокие темпы роста зарубежных продаж (выше 10% все эти годы, кроме 2009 года, когда из-за мирового кризиса наш рост составил всего 3%).

Имея опыт сравнения роста компаний, пользующихся льготой и не пользующихся ею в 2012-2013 годах, можно сказать, что снижение ставки страховых взносов с 14% до 7,6% даст 3-4 процентных пункта роста оборота IT-компаний. Это означает 300-400 млн долларов дополнительного объема зарубежных продаж российских ИТ-компаний уже в 2021 году.

Что касается такого резкого снижения налога на прибыль (с 20% до 3%), то это очень важный фактор создания благоприятной юрисдикции для ИТ-бизнеса в России.

Налоговый климат является не единственным фактором, характеризующим юрисдикцию (еще влияют доступ к капиталу, размер внутреннего рынка, административные барьеры, судебная и правоохранительная системы, да много еще чего, включая антироссийски санкции).

Но ставки налогов в разных странах можно сравнить количественно, а с новыми ставками Россия становится чуть ли не мировым лидером по привлекательности для ведения мирового ИТ-бизнеса с ее территории.

Побег из «силиконовой долины». Белорусские IT-специалисты массово ищут выход за границу

В Купчино каршеринг перевернул 18-летнюю девушку на «Шкоде»Ученый назвал страну-«лабораторию» по выведению новых штаммов COVID-19В Бурятии снежная лавина накрыла туристов. Три человека пропалиПод Петербургом воры украли Бандита. Горожан просят помочь в розыскеПетергоф сдался ветрам.

Музей-заповедник закрывает паркиСудно из Петербурга прибыло в Хельсинки с коронавирусом на бортуВ Петербурге умер народный артист Ефим КаменецкийПод Петербургом квадроцикл угодил в столб.

Пассажир умер на местеПутин поручил продлить программу туристического кешбэка до конца годаШестилетний сын сбил на машине насмерть свою матьНа Петербург идут дождь и мокрый снегОт шурина слышу: проверьте, разбираетесь ли вы в родственных связяхНастоящий Дэдпул оценил появление Дзюбы в костюме супергерояНа севере Петербурга автомобиль выехал на тротуар и сбил пешеходаКак поздравляли «Зенит» на «Газпром Арене»В эфире «Фонтанки» — шоу гидрофлая и дронов над акваторией НевыДзюба пришел на награждение в костюме Дэдпула«Зенит» разгромил «Локомотив» и стал чемпионом в восьмой разПроще некуда: японский профессор рассказал, как замедлить старениеНа книжном фестивале в Новой Зеландии решили «отменить» РоулингПредыдущие новостиАрхив материалов

Крупнейшие белорусские IT-компании называют Петербург в числе возможных мест для эвакуации на фоне политического кризиса в стране. Но большая часть отрасли все же смотрит на Запад, где её спецов хантят на самом высоком уровне.

Почему привозить в Беларусь специалистов для ИТ теперь проще и выгоднее. Объясняют юристы и бизнес AlfredMuller/PixabayПоделиться

Десятки тысяч специалистов и сотни компаний из Белоруссии от мала до велика сейчас рассматривают возможность переезда из страны, рассказали «Фонтанке» участники местного рынка информационных технологий. Происходящие в республике события сказываются на их производительности и инвестиционной привлекательности.

Варианты переезда рассматриваются разные, в числе городов для удаленной работы называют даже Петербург. Однако большинство все-таки ориентируется на западные страны, которые заманивают белорусских айтишников всеми правдами и неправдами.

Российские власти, вроде как, во время пандемии пообещали поддержку IT-отрасли, но пока их шаги выглядят неубедительно.

«Фонтанка» пообщалась с белорусскими айтишниками. Большинство опрошенных думают над способом покинуть страну из-за политического кризиса.

«Я состою в клубе директоров it-компаний, где более 100 топов, и релокейт — самая обсуждаемая тема на сегодняшний день. Уже сформированы запросы в разные страны о предоставлении большому числу компаний особых условий.

Иными словами, сотни компаний думают об этом, десятки уже предпринимают или предприняли шаги», — говорит CEO компании Fingers Алексей Пальчунов. Проведенный в соцсетях опрос показал, что 12 IT-компаний сейчас находятся в процессе полного релокейта, а 59 — частичного.

Однако есть специалисты, которые не видят проблем и покидать страну не планируют. «Я не вижу себя там», — говорят они.

По данным исследования инвестфондов AVentures Capital, Aventis Capital, Capital Times и Intellias за 2019 год, опубликованного dev.by, белорусская IT-отрасль насчитывает около 105 тыс. специалистов.

В 2005 году здесь была создана местная «силиконовая долина» — Парк высоких технологий.

Одним из его основателей является предприниматель Валерий Цепкало, который так и не стал зарегистрированным кандидатом в президенты Белоруссии, зато был вынужден покинуть страну.

На июль 2020 года ПВТ насчитывал 886 компаний-резидентов и 63 тыс. сотрудников. 91,9% производимого в парке программного обеспечения идет на экспорт, 49,1% поставляется в страны Европы, 44% — в США и Канаду, 4,1% — в Россию и СНГ. В 2019 году объем экспорта услуг превысил $ 2 млрд.

26 августа белорусские СМИ опубликовали корпоративное письмо руководителя международной компании Wargaming Виктора Кислого, в котором говорится о формировании плана возможной релокации части сотрудников и членов их семей в другие страны «в случае форс-мажорных обстоятельств, не зависящих от компании».

Как сообщил «Фонтанке» руководитель PR-отдела компании Иван Живица, письмо появилось раньше, но попало в прессу сейчас, и добавить к написанному нечего. Там сказано, что в числе вариантов для удаленной работы по желанию работников рассматриваются Киев, Петербург, Никосия и другие города.

Появление Петербурга в этом списке объясняется просто — в 2013 году компания купила в городе ООО «Леста» (выручка 1,6 млрд в 2019 году), которое теперь разрабатывает игру World of Warships.

О переезде за пределы Минска некоторых своих сотрудников в начале недели заявил «Яндекс». В белорусском офисе компании работают около 300 человек, сейчас все они находятся на удаленке. Как сообщали СМИ, некоторые трудятся из России, но о большинстве речи не идет.

Это случилось после того, как 13 августа в минский офис компании нагрянули с обыском силовики. Такой же визит сотрудники правоохранительных органов нанесли Uber. Посмотрев на соседей, закрыть свой офис, насчитывающий около 120 сотрудников, в столице Белоруссии решила Rakuten Viber.

При этом в компании не скрывают, что большинство специалистов перешли на удаленный формат еще во время пандемии.

«В связи с нестабильной работой Интернета в Белоруссии мы попросили всех сотрудников минского офиса на несколько дней полностью перейти на удаленный режим работы.

После восстановления связи с прошлой недели офис вновь открыт для посещения, однако нашим сотрудникам нелегко работать в атмосфере страха и неопределенности. Безопасность всегда была основой всего в Viber, и мы переживаем за наших людей.

Если мы увидим, что ситуация не становится спокойнее, нам придется предложить команде перейти на работу в другие офисы компании — в России, на Украине или Западной Европе», — сообщили «Фонтанке» в пресс-службе компании.

Читайте также:  Что учесть, создавая программу лояльности

Из Беларуси уезжают IT-специалисты. Польша предлагает им гранты и помощь в переезде

Политический кризис и давление властей на бизнес дали свои плоды – теперь за белорусских специалистов сражаются другие страны.

В Беларуси уже больше месяца продолжаются массовые протесты тех, кто считает прошедшие 9 августа президентские выборы сфальсифицированными. Власти продолжают разгонять протесты и арестовывать активистов, а Александр Лукашенко регулярно выступает с обличительными речами. Некоторая часть его критики относится к IT-сектору страны.

Так, более 300 представителей отрасли написали открытое письмо к властям с требованием прекратить насилие в стране и освободить политзаключенных.

После этого некоторые столкнулись с проблемами – например, компании PandаDoc заблокировали счета, из-за чего она не может выплачивать зарплаты и даже налоги – без денег остаются более 250 сотрудников, а четверых руководителей компании арестовали (по обвинению в якобы присвоении бюджетных денег в сумме, эквивалентной 40 тысячам долларов).

А другие компании активно перевозят своих сотрудников в другие страны – например, белорусское подразделение «Яндекса» уже эвакуировало персонал после обысков в офисе, а Godel Technologies перевела часть сотрудников в Украину.

При этом для Беларуси IT-сектор – крайне важная часть экономики, многие компании широко известны в мире (тот же Wargaming.

net) и приносят государственному бюджету существенные поступления (а экспорт таких услуг достигает 2 миллиардов долларов).

Однако важно понимать, что многие компании имеют отношение к Парку высоких технологий, который создал и долге время возглавлял несостоявшийся конкурент Лукашенко на выборах Валерий Цепкало.

Ценных специалистов готовы привлекать и другие страны.

Например, Польша запустила проект Poland Business Harbour, в рамках которого IT-инженеры из Беларуси могут получить юридическую, визовую и финансовую помощь, если решатся на переезд.

Так, стартапам готовы выплачивать гранты до 4 миллионов злотых (эквивалент 80 миллионов рублей), а семьям сотрудников – помогать со школами и изучением языка.

  • Кроме того, Украина тоже готова предложить хорошие условия для IT-специалистов из РБ – упрощенную процедуру получения вида на жительство и специальные налоговые режимы.
  • Несмотря на то, что Польша не считается развитой страной с точки зрения IT-компаний, такое предложение может оказаться заманчивым для многих – все же уровень жизни в Польше выше, а сама страна входит в Евросоюз.
  • Тем временем IT-специалисты входят в политическую повестку Беларуси и другим путем – ряд хакеров пригрозили Александру Лукашенко обрушить всю экономику, если задержания протестующих не прекратятся, а другая группа хакеров грозит раскрыть личности и разные секреты сотрудников правоохранительных органов, которые проявляют насилие к протестующим.

Пять причин, почему IT-бизнесу необходимо сотрудничать с вузами

Все, кто работает в сфере IT: от HR-специалистов до технических и генеральных директоров — знают, как сложно найти хороших специалистов.

Рынок труда в российской IT-сфере принадлежит, скорее, кандидатам, нежели работодателям. На поиск профессионалов уходят целые месяцы.

В результате сдвигаются дедлайны проектов, HR-менеджеры вместо мотивационных программ и документооборота занимаются поисками работников, а CTO и CIO тратят время на безуспешные собеседования.

В 2014 году министр связи Николай Никифоров оценил нехватку IT-специалистов в 700 тысяч человек. И это неслучайно. С одной стороны, опытные професссиналы редко пребывают в активном поиске работы, и на job-сайтах их не найти.

Компании вынуждены переманивать их друг у друга интересными проектами, более высокой зарплатой или более комфортными условиями работы. С другой стороны, выпускники технических вузов улучшают ситуацию на рынке труда лишь незначительно – бизнес оценивает их знания как явно недостаточные.

Все это мешает развитию IT-отрасли, заставляя компании вместо производства тратить ресурсы на обучение и борьбу за работников.

28 мая 2015 года наша компания провела круглый стол на тему: «Образование для IT-сферы: взгляд с разных сторон», собравший на одной площадке представителей IT-компаний, вузов и HR. Все они согласились, что преодоление кадрового голода нужно начинать с диалога между бизнесом и образованием.

Давайте посмотрим, почему сотрудничество с вузами выгодно, в первую очередь, самому IT-бизнесу? Потому что компании смогут:

1. Получать специалистов, которые им нужны

Создавая курсы, лаборатории, инкубаторы, где студенты будут получать знания в необходимых областях и отрабатывать их на практике, бизнес обретет специалистов, которых сейчас ему приходится кропотливо искать.

По мнению Игоря Одинцова, менеджера по образовательным программам Intel в России, связь IT-бизнеса с IT-образованием не ограничивается поиском талантов и проведением лекций и тренингов.

Крупнейшие IT-компании стартуют свои проекты, ведущие к реальному образовательному лидерству. Настало время, когда IT-бизнес формирует запрос на IT-образование и дает материал для исследований.

Такой подход дает возможности взращивать именно тех IT-специалистов, которые нужны сегодня.

2. Создавать кадровый резерв

Найти квалифицированных IT-специалистов (не говоря о профессионалах с нестандартным набором навыков) тяжело, в первую очередь, потому, что в отрасли нет кадрового резерва.

Описанная нехватка айтишников заставляет компании бороться за право трудоустроить профессионалов. Кроме того, ощутимо затрудняет поиск отсутствие общепринятых стандартов относительно квалификаций для конкретной должности.

Скажем, рассматривая кандидатов на должность PHP-программиста, разные компании ждут от них разных умений.

Если бы в отрасли существовали кадровый резерв и общепринятые стандарты квалификаций, процесс поиска сотрудников стал бы значительно короче и проще. Специалисты чаще находились бы в активном поиске, а рынок труда, наконец, перешел в руки работодателей.

3. Не тратить время и ресурсы на переобучение

При подготовке к упомянутому круглому столу наша компания провела по своей базе IT-специалистов опрос, посвященный важности и качеству профильного IT-образования.

39,3% опрошенных отметили, что IT-образованию не хватает практики.

В то же время 55,7% респондентов сошлись во мнении, что производственная практика, пройденная ими во время обучения в вузе, оказалась бесполезной.

Недостаток практических занятий в учебных программах отражается не только на студентах, но и на работодателях. Трудоустраивая выпускников, компании должны тратить время и ресурсы на их обучение.

По словам Александра Последова, senior software engineer в Oracle: «Индустрия развивается гораздо быстрее образовательных программ, и в этой гонке на первом месте стоит опыт, мотивация и самообразование будущих сотрудников, а не их дипломы.

Если не брать в расчет узкие специализации (военпром, связь), то большинство современных выпускников имеют лишь общие понятия о работе в сфере IT, в основном это теория и простые прикладные задачи.

Студенты должны работать над актуальными проектами и задачами, чтобы почувствовать значимость своего вклада, азарт и ответственность».

Работа с вузами поможет бизнесу получать в лице выпускников профессионалов, готовых к решению практических задач и не нуждающихся в доучивании.

4. Стимулировать развитие отрасли

Айтишники, в большинстве своем, романтики, болеющие за судьбу технического прогресса. Каждый день мы приближаем будущее, описанное в фантастических романах. И настанет оно гораздо быстрее, если нас станет больше.

Нехватка IT-специалистов сдерживает технический прогресс, потому что:

  • На переманивание профессионала из другой компании требуется много ресурсов, которые можно было бы инвестировать в производство.
  • Компания, у которой переманили специалиста, вынуждена тратить ресурсы на обучение нового работника или переманивание его у кого-то еще – и так до бесконечности.
  • Более того, переманивание специалистов создает замкнутость на рынке кандидатов. Одни и те же навыки и технологии переходят из компании в компанию, нивелируя различия в ландшафте IT-отрасли. Развитие стимулируют именно новые молодые кадры, имеющие достаточный кругозор для решения задач и новый взгляд на технологии.
  • Нехватка кадров мешает расширять производство и создавать новые компании, потому что новые рабочие места некем заполнить.
  • Если новые рабочие места займут недостаточно квалифицированные люди, отрасль все равно не будет развиваться в том темпе, в каком могла бы.

Поддержка вузов со стороны бизнеса создаст необходимую образовательную базу для укрепления IT-сферы в России. Тем самым она обеспечит приток новых кадров, обязательный для качественного развития.

5. Укреплять свой HR-бренд

Забота об образовании – черта социально ориентированной компании. Совместные проекты с вузами сделают ваш бизнес известным среди выпускников и укрепят ее положительный имидж среди кандидатов.

Для IT-компаний HR-бренд особенно важен, поскольку рынок труда в этой сфере, как мы уже говорили, принадлежит кандидатам. Они охотнее рассматривают предложения от работодателей, имеющих и подтверждающих хорошую репутацию.

На решение кандидата принять оффер влияет не только зарплата, проект и условия труда, но и имидж компании. Поэтому сотрудничество с вузами — инвестиция, которая окупится не только финансовым, но и человеческим капиталом.

Выводы

В статье мы говорим о сотрудничестве бизнеса и вузов исключительно в IT-сфере, не касаясь других отраслей экономики. В то же время, перечисленные причины развивать взаимодействие между вузами и IT-компаниями не являются исчерпывающими. Это лишь некий список, ставший очевидным в первом приближении проблемы.

От совместной работы с образованием IT-бизнес выигрывает многое, особенно в долгосрочной перспективе.

Подобное взаимодействие носит стратегический характер, и с каждым годом будет приносить все больше плодов — как для отрасли вообще, так и для каждой конкретной компании в частности.

Чтобы российская IT-сфера развивалась и была конкурентоспособна, нам нужна сильная школа. Эффективный способ создать такую школу – объединить усилия образования и производства, которое и формирует запрос.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *